Золотая гора

Промотался-прогулялся купеческий сын, до того пришло, что есть нечего; взял он лопату, вышел на торговую площадь и стал поджидать – не наймет ли кто в работники. Вот едет семисотный купец в раззолоченной карете; увидали его поденщики и все, сколько ни было, врозь рассыпались, по углам попрятались.
Оставался на площади всего-навсего один купеческий сын.
– Хочешь работы, молодец? Наймись ко мне, – говорит семисотный купец.
– Изволь; я за тем на площадь пришел.
– А что возьмешь?
– Положи на день по сотне рублей, с меня и будет!
– Что так дорого?
– А дорого, так поди – ищи дешевого; вишь, сколько народу здесь было, а ты приехал – все разбежались.
– Ну, ладно! Приходи завтра на пристань.
На другой день поутру пришел купеческий сын на пристань; семисотный купец давно его дожидается. Сели они на корабль и поехали в море.
Ехали-ехали – посреди моря остров виднеется, на том острове стоят горы высокие, а у самого берега что-то словно огнем горит.
– Никак пожар виден! – говорит купеческий сын.
– Нет, это мой золотой дворец.
Привалили к острову, вышли на берег; навстречу семисотному купцу прибежала жена вместе с дочкою, а дочь – такая красавица, что ни вздумать, ни взгадать, ни в сказке сказать. Тотчас они поздоровались, пошли во дворец и нового работника с собой взяли; сели за стол, стали пить-есть, веселиться.
– Куда день ни шел! – говорит хозяин. – Сегодня попируем, а завтра и за работу примемся.
А купеческий сын был собою молодец, статный, рослый, кровь с молоком; полюбился он красной девице. Вышла она в другую комнату, вызвала его тайком и дала ему кремень да кресало:
– Возьми, будешь в нужде – пригодится!
На другой день семисотный купец отправился с своим работником к высокой золотой горе: лезть на нее – не взлезть, ползти – не всползти!
– Ну-ка, – говорит, – выпьем наперед.
И поднес ему сонного зелья. Работник выпил и заснул. Купец достал нож, убил клячу, выпотрошил, положил парня в лошадиное брюхо, сунул туда лопату и зашил, а сам в кустах притаился. Вдруг прилетают вороны черные, носы железные, ухватили падаль, унесли на гору и ну клевать; съели лошадь и стали было добираться до купеческого сына. Тут он проснулся, от черных воронов отмахнулся, глянул туда-сюда и спрашивает:
– Где я?
Отвечает семисотный купец:
– На золотой горе; бери-ка лопату да копай золото.
Вот он копал-копал, все на низ бросал; а купец на возы складывал. К вечеру девять возов поспело.
– Будет! – говорит семисотный купец. – Спасибо за работу, прощай!
– А я-то?
– А ты как знаешь! Вас там на горе девяносто девять сгинуло; с тобой ровно сто будет! – сказал купец и уехал.
– Что тут делать? – думает купеческий сын. – Сойти с горы никак нельзя; приходится помереть голодною смертью!
Стоит на горе, а над ним так и вьются вороны черные, носы железные: видно, добычу почуяли! Стал он припоминать, как все это сделалось, и пришло ему на ум, как вызывала его красная девица, подавала кремень да кресало, а сама приговаривала:
– Возьми, будешь в нужде – пригодится!
– А ведь это она недаром сказала! Дай попробую.
Вынул купеческий сын кремень и кресало, ударил раз – и тотчас выскочило два молодца:
– Что угодно? Чего надобно?
– Снесите меня с горы к морскому берегу.
Только успел вымолвить, они его подхватили и бережно с горы снесли.
Идет купеческий сын по берегу, глядь – мимо острова корабль плывет.
– Эй, добрые люди корабельщики! Возьмите меня с собой.
– Нет, брат! Некогда останавливаться, мы за эту остановку сто верст сделаем.
Миновали корабельщики остров – стали дуть им ветры встречные, поднялась буря страшная.
– Ах! Видно, он не простой человек; лучше воротимся да возьмем его на корабль.
Повернули к острову, пристали к берегу, взяли купеческого сына и отвезли его в родной город.
Много ли, мало ли прошло времени – взял купеческий сын лопату, вышел на торговую площадь и ждет наемщика. Опять едет в раззолоченной карете семисотный купец; увидали его поденщики, все врозь рассыпались, по углам попрятались. Оставался один купеческий сын.
– Наймись ко мне, – говорит ему семисотный купец.
– Изволь! Положи на день по двести рублей и давай работу.
– Экой дорогой!
– А дорогой, так поди – поймай дешевого; вишь, сколько народу здесь было, а ты показался – сейчас разбежались.
– Ну, ладно! Приходи завтра на пристань.
Наутро сошлись они у пристани, сели на корабль и поехали к острову. Там один день прогуляли, а другой настал – к золотой горе отправились. Приезжают туда, семисотный купец подносит работнику чарку:
– Ну-ка выпей наперед!
– Постой, хозяин! Ты всему голова, тебе первому и пить; дай я тебя своим попотчую.
А уж купеческий сын загодя сонным зельем запасся; налил полный стакан и подает семисотному купцу. Тот выпил и заснул крепким сном. Купеческий сын зарезал самую дрянную клячу, выпотрошил, положил своего хозяина в лошадиное брюхо, сунул лопату и зашил, а сам в кустах спрятался.
Вдруг прилетели вороны черные, носы железные, подхватили падаль, унесли на гору и принялись клевать. Пробудился семисотный купец, глянул туда-сюда:
– Где я? – спрашивает.
– На горе; бери-ка лопату да копай золото; коли много накопаешь, научу – как с горы спуститься.
Семисотный купец взялся за лопату, копал-копал, двенадцать возов накопал.
– Ну, теперь довольно! – говорит купеческий сын. – Спасибо за труд, прощай!
– А я-то?
– А ты как знаешь! Вас там на горе девяносто девять сгинуло; с тобой ровно сотня будет!
Забрал купеческий сын все двенадцать возов, приехал в золотой дворец, женился на красной девице, дочке купца семисотного; овладел всем его богатством и со всей семьей переехал жить в столицу. А семисотный купец так на горе и остался; заклевали его вороны черные, носы железные.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.

Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте как обрабатываются ваши данные комментариев.